Новости

24-09-2021
Пярн Михаил
Пярн Михаил Леонидович. Родился 25 февраля 1967 года. Актер драматического театра  и...
Наталья Пярн
Пярн Наталья Максимовна, заслуженная артистка Российской Федерации. Родилась 17 сентября 1945 г....
06-08-2021
Чагин Станислав Павлович
Родился 17 сентября 1991 года в Санкт-Петербурге. В 2010 окончил среднюю...

Лидеры продаж

24-09-2021
Наталья Пярн
Пярн Наталья Максимовна, заслуженная артистка Российской Федерации. Родилась 17 сентября 1945 г....
06-08-2021
Чагин Станислав Павлович
Родился 17 сентября 1991 года в Санкт-Петербурге. В 2010 окончил среднюю...
21-05-2021
Ткач Анна
Историк античник, узкая специализация по истории ранний эллинизм, Александр и диадохи....


Голосок

811
Автор: Александр Махнев
В большом городе в будни всегда суета, но к концу рабочего дня она становиться более заметной и даже назойливо привычной.
Порой раздражает всё, и дождь и солнце, и ветер и полный штиль на дворе, и сосед, бесконечно ремонтирующий свою новёхонькую квартиру, и шеф, не в меру ретивый в своем служебном энтузиазме, и жена, позвонившая аккурат к пяти вечера со своей дурацкой просьбой обязательно забежать в прачечную забрать бельё.
Вот и в супермаркете к этому времени суета начинает угнетать, люди с колясками, каждый по своему незаметен, но каждый со своими проблемами и тараканами в голове, и за всей этой кажущейся суетой, простая обыденная, элементарная обречённость.
А куда денешься?
Ремонт в хате нужен? Конечно.
Шеф не отстанет? Естественно.
Белье должен кто–то забрать? Да, конечно же.
Продукты нужны дома? Боже мой, да что за вопрос!
Очередь в кассах привычно большая, человек восемь, десять и, что тоже привычно, из пяти касс именно сегодня, впрочем, как и всегда, две не работают. Но народ привычно не ропщет. Опять привычно, заметьте.
«Пожалуйста, пожалуйста, проходите. Ничего, ничего, мы же вместе подошли. Пожалуйста! Вы даже мне приятое сделаете», — это почтенный, интеллигентного вида в больших роговых очках мужчина уступает место симпатичной блондинке средних лет. Дама подошла к кассе на секунду позднее мужичка.
-Спасибо, вы так любезны, весьма вам признательна, мужчины редко бывают так уважительны. Мне очень приятно.
-Ничего, ничего, мне тоже очень приятно.
Разговор начинал завязываться. А это и понятно, некая отдушина появилась, всё одно надо ждать своей очереди к кассе. А тут поболтать удается, вроде, как и с интеллигентным человеком, словом перемолвиться, и дама, ничего, приятная…
Между тем очередь застопорилась. У кассы уже две девчушки. Обе суетятся у кассового аппарата.
Народ заволновался.
-Ну, что там, почему стоим!
-Девушки, девушки, а побыстрее нельзя, время, время…
Кассирша нервно повернулась к взволнованной публике.
-Ленту поменяем, пару минут подождите. А особо нетерпеливых вон ещё две кассы ждут.
Лучше бы она этого не говорила.
Гул усилился, доселе граждане, обреченно страдающие в очереди, вдруг все разом вспомнили, что из пяти две кассы закрыты, в молочном отделе на полу лужи, в крупах кто-то манку рассыпал и до сих пор она не убрана.
-Безобразие, где заведующий залом…
-Я в «Роспотребнадзор» напишу, пусть вас оштрафуют…
Наши собеседники тоже взволновались, перед дамой у кассы стоял один покупатель, и именно его продукты стояли на ленте.
Интеллигент расстроено потер залысину: «Всё же придется уходить, здесь видимо надолго».
-Не думаю, лента это пустячное дело, дольше подписывать и оформлять её будут, надо ждать, всё одно не менее двадцати, тридцати минут надо, если уйти.
Дама, по всему видать, тоже нервничала.
Очередь продолжала тихо роптать.
Процесс затягивался, вот ещё подошла сотрудница магазина, открыли четвертую кассу, самые сметливые мгновенно перебрались к ней. А здесь, как уйдешь, касса, вот она, девчонки пыхтят у аппарата, уйдешь и всё, твоё место потеряно.
Обстановка накалялась, вот, вот страсти через борт…
М-да!
И надо же, появился громоотвод.
Бабулька в сером поношенном пальто, с двумя батонами в руках. Откуда ей было взяться, да ещё в самый неподходящий момент.
«Доченька, может, пустишь, всего-то двадцать четыре рубля, у меня вот всё точно. Тяжело стоять мне, пропусти, доченька», — это старушка обращается к собеседнице интеллигента в очках.
Да! Дорогие мои, простите, я вам видимо неверно описал эту симпатичную блондинку средних лет. Нет, эта женщина уже не была похожа на симпотяшку с белыми волосами, это была стерва, почище Бабы Яги, во всяком случае, её первые слова в ответ старушке, не дали в этом сомневаться.
-Вали отсюда, моль старая, вон очередь, иди, занимай. Ишь ты, без очереди ей…
Очередь сначала притихла, явно никто не ожидал от этой «очаровашки» такого «блатняка», однако своя рубашка у большинства всё же была поближе к телу. Уж и интеллигент забурчал, правда, более интеллигентно: «А то и верно, идите, мамаша, всё одно на пенсии, время есть, постоите, как и все». Правда интеллигент сразу же отвернулся от блондинки, вроде, как и не любезничал с ней, и вообще, начав рыться в корзине, сделал вид, что он сильно обеспокоен качеством своего товара.
-Идите мамаша, идите…
Тем временем лента в аппарат, наконец, установлена и транспортер весело зашуршал.
Оно бы и обрадоваться, но народ как-то притих, у всех нашлись дела в карманах, сумках и мобильниках.
Старушка, молча, отошла от очереди к стеллажу с хлебом, тихонько и очень аккуратно положила батоны и засеменила к выходу. Никто не смотрел в её сторону, но даже затылком большинство чувствовали её бесшумные шаги.
Не хорошо как-то, ох не хорошо…
Вдруг пронзительный тоненький голосок…
-Бабушка, постойте, погодите!
От хвоста очереди к бабуле бежала девчушка лет пятнадцати.
-Что же вы за люди! Нельзя же так…
Народ вновь притих, но уже через минуту у каждого вновь нашлись дела, те же сумки, те же телефоны, те же корзинки и никаких тебе старушек, по крайней мере, так казалось со стороны.
А может только казалась?

Суета, пробки, очереди, проблемы, заботы, погода, и, наконец, настроение человека, всё это связано воедино, в один бесконечный клубок, причем нитки здесь, как никогда крепкие, суровые, черно-белые, безо всяких там красок (читай эмоций).
Одна бесконечная суета жизни.
Пискнет ли в ней тот самый молоденький голосок?
Пискнул, это хорошо, это нормально, это отлично, может и те старые басистые, крикливые да визгливые примолкнут, притихнут, а ещё лучше, замолчат.
И тогда мир улыбнется…
И ЕЁ, вроде как старческие глаза, прояснятся, ОНА по-доброму улыбнется. ОНА, вроде бы старый, по возрасту человек, но это только по возрасту, ОНА ведь тоже ЧЕЛОВЕК. Почему так с ней.

Где ты голосок, без тебя не будет жизни, без тебя тоска и суета, а это уже не жизнь, это конец жизни.

Иллюстрация взята из интернета